О сущности Постановления Конституционного суда по вопросу о соотношении МРОТ и северных надбавок

0 288
0 288

7 декабря 2017 года в преддверии Дня Конституции Конституционный суд Российской Федерации вынес Постановление №38-П, которое поставило окончательную точку в многолетней проблеме соотношения минимального размера оплаты труда и северных надбавок. Высокий суд указал на необходимость начисления надбавок поверх МРОТ. Другого решения суд вынести не мог, поскольку это противоречило бы и юридической, и человеческой логике. С позиции реального действия нашей Конституции и примера того, каким должно быть правосудие, это решение очень важное. Однако и оно привело к новым, уже растиражированным вопросам, которые, как думается, основаны на недостаточном осознании правовой сущности вмешательства Конституционного суда в обозначенную проблему. В связи с этим считаю необходимым ответить на ряд наиболее распространенных вопросов и тезисов/

Первый вопрос. Высказывается мнение о том, что северные надбавки, начисляемые поверх МРОТ, вообще не нужны или нужны в значительно меньшем размере, а также говорится об их вреде для экономики северных регионов.

Еще раз отметим, что такие доводы стали высказываться после вынесения Конституционным судом Постановления, которое касается северных надбавок для той категории работников, которые получают заработную плату, близкую к МРОТ. Поэтому сам по себе этот вопрос выдает субъектный состав вопрошателей, по-видимому не относящихся к получателям близкой к МРОТ заработной платы и имеющих достаточные средства для обеспечения своей жизнедеятельности. Это еще раз подтверждает народную мудрость «сытый голодному не товарищ», а также важнейший принцип истинности познания «подобное познается подобным». Поэтому ответ на указанные доводы напрашивается сам собой, а вопрос имеет явный методологический дефект: проблема поставлена ненадлежащим субъектом, желающим экономической стабильности за счет «замораживания» уровня жизни низкооплачиваемых слоев населения.

Если же и говорить о развитии экономики, то заморозка и понижение заработной платы не являются цивилизованными способами такого развития. Однако если и идти по такому пути «экономической стабильности», то это должен быть общий путь, а не только участь низкооплачиваемой части населения.

Вместе с тем в рамках анализа указанного Постановления Конституционного суда абсолютно неправильно ставить вопрос о том, нужны ли северные надбавки в принципе и какой размер их целесообразен. Это вопрос не юридический, а экономический, что предполагает соответствующие исследования и информационно-аналитические показатели целесообразности мер социальной поддержки. Поэтому Конституционный суд этот вопрос не решал, так как вопросы социально-экономической целесообразности – не его компетенция.

Конституционный суд решал совсем другой, можно сказать, узкий вопрос (исключительно правовую проблему): вопрос о том, как соотносятся МРОТ и северные надбавки. И, как указывалось выше, и человеческая, и юридическая логика не предполагали другого ответа, как вывод о том, что если законодательство о труде содержит норму о гарантировании северных надбавок, то они должны быть именно надбавками, а не составляющими МРОТ. В ином случае они носят мнимый и иллюзорный характер и не имеют реального содержания, а само по себе слово «надбавки» в таком случае вызывает лишь негодование и нигилистическое отношение к закону - по принципу «словами сыт не будешь».

Поэтому суд указал, что постольку, поскольку надбавки законодательно предусмотрены, они должны быть именно таковыми, то есть иметь надбавочный (дополнительный) характер, следовательно, должны исчисляться поверх остальной части заработной платы.

При этом отмечу еще раз, что вопросы о необходимости и целесообразности надбавок –это компетенция не Конституционного суда, а законодателя, который обозначил их необходимость, закрепив соответствующие нормы в Трудовом кодексе РФ (статьи 146 и 148) и указав, что размер надбавок и коэффициентов устанавливает Правительство РФ (статьи 316 и 317). Однако до настоящего времени Правительство такой размер не установило, в связи с чем используются размеры надбавок и коэффициентов, установленные в середине прошлого века, когда шел этап активного освоения северных территорий.

Итак, все вопросы о необходимости северных надбавок – это вопросы к законодателю. А вопросы о размере надбавок – к высшему исполнительному органу власти: Правительству, которое, исходя из социально-экономической ситуации, и должно решать количественную характеристику северных доплат.

Таким образом, неправильно говорить, что Конституционный суд изобрел формулу «МРОТ + северные». Он лишь поставил ее на вид, так как такая формула была заложена законодателем, но в процессе «борьбы» за экономию средств была искажена.

Для большего понимания сказанного можно привести показательную аналогию. Как известно, Ньютон открыл закон всемирного тяготения, но этот закон существовал и до его открытия, а Ньютон всего лишь поставил его на вид в формуле, понятной человеку. То же самое в отношении системы «МРОТ и северные» сделал Конституционный суд, 7 декабря 2017 года «открыв» существовавшую до этого формулу «МРОТ + северные», «тактически забытую» в целях экономической целесообразности и затерявшуюся в «плену юридических понятий».

И в этой аналогии ответ на второй вопрос (со стороны работодателей) - о возможности приостановить или отсрочить действие решения Конституционного суда.

Юридические аргументы приводить не буду: не они первичны, так как данный вопрос должен пресекаться на уровне осознания вышеуказанной сущности самого решения. Продолжу начатую логику: может быть, в свое время и закон всемирного тяготения был кому-то неудобен или непонятен, но говорить о его приостановлении или отсрочке открывшему его Ньютону было бы абсурдным. Отменить закон, и то не всякий, может лишь его создатель. Создателем нормы о северных надбавках является законодатель (Государственная Дума и Совет Федерации), а в части размера выплат - исполнительный орган власти (Правительство). Поэтому все дальнейшие вопросы о необходимости и размере северных надбавок должны быть адресованы указанным субъектам нормотворчества.

Третий вопрос, который доводится слышать уже со стороны работников, – о сближении зарплат низшего звена работников и зарплат других работников, выполняющих более квалифицированную трудовую функцию. На этот вопрос у меня два ответа: юридически-методологический и духовно-нравственный.

Юридически необходимо отметить, что вопрос о сближении зарплат никоим образом не касается формулы «МРОТ + северные». Данная формула распространяется на всех работников северных регионов без исключения. То есть это равная доплата всем. А потому сама по себе не может влиять на разницу зарплат. Анализируемый вопрос - о тарифной сетке: о том, насколько разнятся оклады работников в пределах одной организации. Именно этот вопрос ключевой. А северные надбавки, еще раз повторюсь, - всего лишь равный коэффициент умножения заработной платы. Математически очевидно, что равный коэффициент не может сближать или отдалять размеры заработных плат.

Поэтому предлагаю правильно ставить вопрос о сближении заработных плат. Это вопрос не о северных надбавках (не об общем), а о должностных окладах и других составляющих заработной платы (вопрос об особенном).

Вместе с тем нужно понимать, что изначально разница в зарплате была основана на незаконном ее занижении для работников, получающих вознаграждение за труд в величине близкой к МРОТ, в который неправомерно включались северные надбавки.

При всем этом, конечно, понятны доводы квалифицированных работников, чьи зарплаты сблизились с зарплатами за менее квалифицированный труд. С позиции человеческой справедливости, разница заработных плат должна быть соразмерна разнице в труде (в этом смысл справедливого неравенства как распределительного процесса, и это одна из основ регулирования трудовых отношений). Поэтому и юридически данные вопросы обоснованны. Однако до практического разрешения этой проблемы (до справедливой дифференциации окладов) ее можно рассматривать с другой стороны.

Так, в духовно-нравственной сфере вопрос о справедливом вознаграждении (конечно, вознаграждении не только материальном) уже возникал и получал разрешение. Поэтому закончу свои рассуждения известной Новозаветной притчей о работниках в винограднике (Мф. 20:1-16). Она, конечно, имеет духовный смысл, но ее буквальное звучание показательно. Хозяин дома (а по сути, как указывается в притче, - Царства Небесного) утром нанял работников для работы в своем винограднике и договорился с ними об оплате: один динарий в день. Затем около третьего часа того же дня нанял еще работников и пообещал им достойное вознаграждение. То же самое происходило и в последующие часы дня: хозяин нанимал работников и обещал справедливую оплату. Когда наступил вечер, работникам, пришедшим самыми последними, уже под конец рабочего дня, господин выдал по одному динарию. Тогда пришедшие первыми думали, что получат больше, но получили также по динарию. Они стали роптать на хозяина дома и говорили: «Эти последние работали один час, и ты сравнял их с нами, перенесшими тягость дня и зной». Он же в ответ одному из них сказал: «Друг! Я не обижаю тебя; не за динарий ли ты договорился со мной? Возьми свое и пойди; я же хочу дать последнему то же, что и тебе... Или глаз твой завистлив оттого, что я добр?»

Адвокат Владимир Цвиль