Чем больше половых партнеров, тем выше риск заболеть раком?

5

2015-й: онкодиспансер поставил «на поток» эндоскопические гинекологические операции.Рассказать об этом я попросила врача-ординатора отделения онкогинекологии Архангельского клинического онкологического диспансера Ивана Делегана

– Иван Павлович, считаете ли вы освоение новых техник или технологий каким-то прорывом для учреждения?

– В онкологии основным методом лечения всегда был хирургический. До 2013-го мы выполняли лишь полостные вмешательства различного уровня сложности, в том числе – высокотехнологичные. Например, динамичный рост у нас был по расширенным экстирпациям (удалению) матки с тазовыми лимфатическими узлами, которые идут по ходу магистральных сосудов. Раньше выполнялось 5-6 подобных операций в год, в 2014-м – около 30.

В 2012-м по программе модернизации диспансер в числе другого оборудования получил современную стойку для проведения эндоскопических операций. Это позволило выполнять хирургические вмешательства через небольшие разрезы в передней брюшной стенке с помощью специальных инструментов под контролем оптического прибора – лапароскопа. Хотя сегодня этим уже никого не удивишь, такие операции всё же на порядок сложнее.

Так что новые методики в какой-то мере стали прорывом и для нашего учреждения, и для профессионального роста хирургов.

– Новым методикам пришлось учиться специально?

– Первичную специализацию по эндоскопии я проходил одновременно с модернизацией в диспансере. Затем была учеба в Казани. Этот процесс шел параллельно. И это не было совпадением: администрация видела перспективы новых методик и шла к ним целенаправленно. Сегодня лапароскопической техникой операций владеют все доктора отделения. Причем если первые операции длились у нас до пяти часов, то с июня этого года среднее время лапароскопической гистерэктомии – около полутора часов.

Сложность была только в том, чтобы перенастроить органы чувств на новую «систему координат», как бы переместиться из трехмерного пространства в двухмерное. Ведь при выполнении полостной операции ты смотришь непосредственно в операционную рану. А при лапароскопии хирург видит операционное поле в виде картинки на мониторе. Но мы привыкли. К тому же оценили преимущества: благодаря лучшей визуализации объекта в брюшной полости операция проходит максимально тщательно, радикально и безопасно.

В 2013-м начинали с не очень сложных эндоскопических операций на придатках – например, удаляли яичники при заболеваниях молочной железы у пациенток, которым требуется «выключение» гормонального фона. А уже в 2014-м сделали 14 высокотехнологичных лапароскопических экстирпаций (удалений матки с придатками или без). В этом году проведены уже более 50 гистерэктомий – это около 20 процентов от всех наших операций.

– В чем преимущества эндоскопического метода?

– Мы работаем по медицинским стандартам: определенная патология предполагает конкретный объем операции. А метод доступа выбирает хирург. Конечно, женщинам предпочтительней эндоскопический.

Во-первых, из-за явного косметического эффекта: рубцов практически не остается. Во-вторых, благодаря минимальному (почти бескровному) травмированию передней брюшной стенки почти никогда не требуется наблюдение пациентки в реанимации, назначение наркотических анальгетиков. В-третьих, заживление проходит быстрее, чем после полостных операций и, соответственно, значительно сокращается время пребывания в стационаре. В-четвертых, что важно и для больных, и для онкологов, уже в ближайшие дни после операции может быть начата химиотерапия или лучевая терапия.

Но есть и противопоказания для лапароскопических операций: определенная терапевтическая патология, спаечный процесс, распространенность опухолевого заболевания...

– Правильно ли я понимаю, что вы берете на эти операции только пациенток с предраковыми заболеваниями и с начальными стадиями опухолевых процессов?

– Да, это так: один из принципов работы хирурга-онколога – не «обсеменить» раковыми клетками органы брюшной полости. Но не каждая разновидность опухолевого процесса позволяет исключить диссеминацию. В нашем отделении лапароскопические операции в основном выполняются пациенткам с онкологической патологией шейки матки и эндометрия. И это связано в первую очередь с особенностями опухолевого роста: опухоль не соприкасается с органами брюшной полости и ограничена маткой. То есть риск «обсеменения» минимальный.

А вот эндоскопические возможности в хирургии рака яичников ограничены. Яичник анатомически соприкасается с органами брюшной полости. И любое хирургическое вмешательство сопряжено с риском повреждения опухоли и, соответственно, высоким риском диссеминации опухолевого процесса. В связи с этим большинство операций при раке яичников во всем мире проводится обычным хирургическим доступом.

– Иван Павлович, дилетантский вопрос: как через крохотные разрезы вытащить немаленький орган, если его – со злокачественной опухолью – нельзя вынуть кусочками?

– Очень просто – через влагалище. Хотя при эндоскопических операциях используют специальный измельчитель, в онкологии он неприменим: нарушение целостности органа может затруднить работу гистологов, и мы можем получить недостоверную информацию о распространенности процесса.

Кстати, кроме эндоскопической стойки в 2013-м мы получили и ультразвуковой скальпель. Ткани при эндоскопической операции можно пересечь механическими ножницами, отсечь электроножом или ультразвуковым скальпелем. Последнее – физически совсем другой метод воздействия – более бережный. Есть этапы операции, где это важно – например, рядом с крупными сосудами и нервами.

В этом году мы также начали осваивать эндоскопические экстирпации с тазовой лимфоденоктомией (кроме матки, удаляются еще и лимфатические узлы). Это трудоемкая и технически сложная операция даже при обычном хирургическом доступе. Ведь работать приходится по ходу крупных сосудов и нервов. Но востребованность этих операций не вызывает сомнений.

– Традиционный вопрос: что делать, чтобы обнаруживать онкозаболевание на ранних стадиях?

– Основной метод предупреждения заболеваний шейки матки – цитологический скрининг. Ведь до перерождения в раковую опухоль процесс длительное время находится на стадии предрака (дисплазии). И если при рутинном гинекологическом осмотре эту патологию мы не можем увидеть, то мазки на цитологию позволяют с высокой степенью вероятности выявить данный процесс. Если бы цитологический скрининг осуществлялся одинаково хорошо во всех учреждениях области, то ситуация по заболеваемости раком шейки матки была бы иная.

Расходы на скрининг – минимальные. Да и затраты на лечение дисплазии несоизмеримы с теми ресурсами, которые требуются на лечение рака шейки матки. Но цитологический скрининг часто не проводится или проводится в недостаточном объеме. Мешают этому чаще всего организационные проблемы, да и женщины не всегда уделяют собственному здоровью должного внимания.

Что касается рака эндометрия, тут проблем с диагностикой нет. Любые нарушения цикла, любые патологические кровянистые выделения из половых путей, особенно в постменопаузе, – повод обратиться к гинекологу. Как правило, диагностическое выскабливание и гистологическое исследование соскоба дают диагноз. Как раз благодаря ранней диагностике около 90 процентов пациенток с I стадией рака эндометрия живут 5 лет и более.

Что касается рака яичника, здесь всё гораздо хуже. В большинстве случаев заболевание диагностируется в III-IV стадиях. Причина – скрытое течение заболевания и отсутствие характерных симптомов в ранних стадиях. Пожалуй, самой действенной мерой профилактики может быть регулярное посещение гинеколога и онкологическая настороженность врачей всех специальностей. Ведь даже при отсутствии симптомов гинеколог может заподозрить патологию яичников и направить пациентку на обследование. А если пациентка не посещает гинеколога, то одним из первых симптомов у нее может быть наличие асцита (скопление жидкости в брюшной полости). А это уже, как правило, III-IV стадии заболевания с неутешительным прогнозом.

– Есть версия, что рак может появиться у женщин с множеством половых партнеров...

– Это утверждение может быть отчасти верно для онкопатологии шейки матки. Считается, что это – вирус-ассоциированное заболевание. Есть разновидности папилломавирусов, которые опасны в отношении развития рака шейки матки. А данная инфекция передается половым путем. То есть связь – налицо. Больше партнеров – выше риск. Но, кстати, далеко не всегда носительство папилломавируса приводит к развитию рака. Для этого должен быть целый ряд условий, в первую очередь состояние иммунной системы, которая при нормальной работе самостоятельно справляется с данной инфекцией.

– Можете подтвердить или опровергнуть, что рак передается по наследству?

– Целый ряд онкологических заболеваний прямо или опосредованно обусловлены генетически. Специалистам известны разновидности опухолевых процессов, которые с большой долей вероятности могут возникнуть у пациентов при наличии определенных генетических мутаций, передающихся по наследству. Поэтому во многих случаях риск заболеть раком выше у пациентов, родственники которых им болели.

Но неправильным было бы утверждать, что рак передается по наследству всегда. Скажем, причины и механизмы развития рака шейки матки, о котором мы уже говорили, несколько иные и они не связаны с наследственностью.

Источник

Комментарии

14:49 - 23 ноября

"В онкологии основным методом лечения всегда был хирургический" - чё, правда, что-ли?

09:05 - 24 ноября

Лапароскопические экстирпации, эндоскопические экстирпации с тазовой лимфоденоктомией..Цитологический скрининг на предмет дисплазии..
Вот, любопытно, врачи-экстрипологи читают?!

00:54 - 26 ноября

"А если пациентка не посещает гинеколога, то одним из первых симптомов у нее может быть..." - а есть ли статистика: пелотки, посещавшие гинеколога VS не посещавших? Спорю на что-нибудь, нет у них статистики, и это "А если, пациентка..." не более чем фигура речи в традициях позднего Сумарокова. И справку о посещение гинеколога можно приклеить в семейный альбом рядом с грамотой о сборе макулатуры...
P.S. Беру на себя повышенные обязательства додолбить вопросами уважаемую Елену Геннадьевну и освещаемого ей врача-ординатора.